Мир Тьмы: Подменыши

Объявление

   


ПравилаСюжет и квестыО мире
Заявки на персонажей
Мир Тьмы: Подменыши

Добро пожаловать на ролевую по Миру Тьмы: Подменыши!
Рейтинг: 18+
Жанр: городское фэнтези
Место: США
Время: осень 2017 г.

LYL

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мир Тьмы: Подменыши » Грезы » Записки сумасшедшего


Записки сумасшедшего

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Здесь буду излагать.

0

2

Мотель "У погибшего ведьмака"
    NC-17
Жанры:
    Ангст, Драма, Мистика, Детектив, Психология, Даркфик, Hurt/comfort, AU, Мифические существа
Предупреждения:
    Смерть основного персонажа, OOC, Насилие, Изнасилование, Нецензурная лексика, ОМП, ОЖП, Беременность, Смерть второстепенного персонажа
Примечания автора:
ретеллинг "Последней песни" Карла Вагнера на манер "Гримма". Плюс кое-что от ГП,ведь "Гримм"опирается на "старые сказки на новый лад"
Авторы-Джаред Квинн и Nick Burkhardt
Описание:
Нику Беркхарду предстоит расследовать дело о мужчинах, убитых странным способом - что-то, точнее , кто-то ...обескровил их тела. Среди погибших - ни единой женщины или ребёнка, значит, кто-то пылает гневом, направленным исключительно на сильный пол. И все убийства произошли в одном и том же глухом районе...

0

3

Заставка:
Боже! Неужели вы не понимаете! Прошло уже столько лет, а наши лица и имена были другими! Но мне показалось, что мы уже встречались когда-то! Не спорьте! Совсем не случайно все мы оказались здесь этой ночью! Колдовство собрало нас! Но кто?..© Карл Вагнер, "Сага о Кейне" "Последняя песня"
Заставка номер два:
Я знаю, кто ты — ты ведьма!
— Обзываться нехорошо!
— Я вовсе не обзываюсь! Я…тоже! И мы поедем учиться в школу магии!
— А она в самом деле существует
?
— Да! © Дж. Ролинг, "Гарри Поттер"

0

4

1.Пойди туда - не знаю куда,излови того - не знаю кого.
— Может, как их там… Жизнесосы?
— Точно нет. Они всегда оставляют характерные следы. Здесь ничего подобного.
— Стервятники?
— Тоже мимо. Тела обескровлены, но не тронуты. Стервятники бы забрали все — и кровь, и органы. К тому же они выкачивают кровь так же, как в донорских пунктах. А следов инъекций судмедэсперт не нашел.
— Ну, а кто еще? Какие-нибудь вампиры?
— Не из тех, с которыми мы сталкивались.
— Ну не могла же кровь просто взять и испариться?
— Не могла, — Ник убрал в сторону очередную книгу и потер покрасневшие после третьей практически бессонной ночи глаза. — Вообще ничего не понимаю. Следы идентифицировать не удалось, а в книгах ничего подобного нет. Впрочем, мои предки могли с этим существом не встречаться. Если это, конечно, существо.
— А ты в этом не уверен? — Хэнк вздохнул и подвинул к Нику свой наполовину пустой бумажный стакан с кофе. Ник отказываться не стал.
— Далеко не всегда убийцы оказываются существами. Вообще-то люди ничем не лучше, Хэнк.
— А что капитан говорит? Может такое сделать ведьма?
— Капитан говорит, что может. Теоретически. Он таких заклятий не знает. В книгах матери Адалинды этого тоже нет. — Ник поднял на ноги всех, кого мог, но, увы… — Ладно. Остается один вариант. Нам надо увидеть, как выглядит убийца.
— На живца? А кто будет живцом?
— Я.
— Капитан нас убьет.
— Не убьет. Я единственный, кто подходит по типажу… Ну, помимо самого капитана. Только меня каждую неделю по телевизору не показывают. Так что это вопрос решенный. Номер я уже забронировал.

… Мотель был так себе. Не самый паршивый из тех, в которых Нику удалось побывать. Но и не самый лучший. Еще и название такое. ‚У погибшего ведьмака‘. Если Ник правильно помнил, ведьмаками звали тех, кто убивает всяких тварей. По сути как Гримм. Будь Ник более суеверным, это могло бы создать проблемы. Но Беркхард суевериями никогда не страдал.
Его номер располагался на втором этаже — одна комната, совмещающая с собой прихожую и спальню, и небольшая уборная. Люстра с единственной лампочкой, очень тусклой и иногда еще и мигающей. Мутное стекло, старые рамы… Но в целом было достаточно чисто, хотя и не очень уютно. Первым делом Ник расставил и включил скрытые камеры. Потом распихал по разным углам оружие — Моргенштерн в шкаф, пистолет под подушку, нож в верхний ящик комода. Проверил связь — работает, хотя и с помехами. Но ничего критичного.
Сунув второй пистолет в наплечную кобуру и убедившись, что куртка скрывает оружие, Ник пошел за информацией. А куда сливается вся информация в первую очередь? Правильно, в местный бар…
— Пинту темного, будьте добры.
Ник взгромоздился на высокий барный стул, оперся локтями о стойку. В отличие от столиков, которые он проигнорировал, относительно чистую стойку. Впрочем, была еще одна причина, по которой Ник предпочел расположиться возле бара — именно здесь обычно сидели те, у кого не было компании. И кто эту самую компанию искал.
Правда, с поисками у Ника как раз и не задалось. Людей в баре оказалось на удивление мало. Угрюмый молчаливый бармен, косящийся на Беркхарда с откровенным подозрением. Еще бы, новое лицо, а вокруг люди один за одним умирают. Тихая парочка у дальнего столика — явно влюбленные, иначе бы не ели на двоих какого-то сомнительного вида пирожное и пили бы не вино. Двое поддатых мужчин за ближним к стойке столиком хлестали пиво и Ника удостоили одним мимолетным взглядом. Попытка разговорить бармена успехом не увенчалась. Тот отделывался короткими общими ответами, а иногда и вовсе делал вид, что не слышит вопросов. Так что единственное, что Ник смог узнать — это то, что все убитые так или иначе сидели в этом баре и уходили не одни. Но с кем — бармен не знал. Ник отшутился, что обязательно это учтет и точно уйдет один. Благо, пока и не с кем здесь было.
Один раз к Нику подкатил какой-то местный алкаш — пришлось купить ему стакан дешёвого пойла, чтобы отвалил и не…распространял далеко не самые приятные ароматы. Бармен только понимающе хмыкнул. Ник развел руками и, пользуясь случаем, переместился почти в самый конец стойки, поближе к тем двум мужикам. Усиленный слух, конечно, был весьма полезной функцией, но сразу бы стало ясно, что Ник подслушивает. А так… Ну, реагирует человек на громкие звуки, с кем не бывает? Но, к сожалению, и эти мужики обсуждали свою работу, какой-то предстоящий хоккейный матч и какую-то буфетчицу.
"Господи, неужели всем плевать на убийства?"
Ник уже собирался уходить, как в бар зашел очередной посетитель.

0

5

2. Гости и хозяева
Девушка вошла в бар почти неслышно, ступая мягче, бесшумнее кошки — но с первой же минуты, как переступила порог, не осталась незамеченной, притягивая взгляд и лицом, и фигуркой, и… чем-то большим.
Собственно, не заметить её было сложно. О густые, вьющиеся волосы цвета не то лисьего меха, не то осенних листьев можно было греть руки. А глаза взяли зелень уже от свежей листвы, молодой — весенней. На носу — смешные медово-золотистые — уже как пчелиное лето — веснушки.
То, что будут проблемы, Ник понял сразу. Такие девушки привлекают к себе внимание и в более приличных заведениях, не то, что в таком, как это. Когда с места встал один из подвыпивших мужчин, бородатый неуклюжий здоровяк, Ник совершенно не удивился. Только поморщился, когда тот начал подкатывать к девушке.
— Ах ты, симпатяшечка, — проурчал верзила, кое-как отерев губы рукавом и не ударяясь в лишние застольные церемонии, — я один, ты одна — может, отпразднуем наше одиночество?
— Отстань, гнусь, — лёгкая полуулыбка на губах рыжеволосой вмиг испарилась куда-то — хотя, будь эта «пташка» «ночным мотыльком», пожаловавшим в бар мотеля подцепить клиента, заулыбалась бы шире и пустилась бы в весьма смелые намёки о незабываемых удовольствиях — можно было хоть голову против медной пуговицы поставить — подогретый «Геркулес» ожидал такого и ничего иного. Теперь и зима примкнула к товаркам-сезонам, сузив негостеприимными щёлками глаза незнакомки, стянув в недобрую ниточку губы, яркие и сочные и без помады.
— Кофе, пожалуйста. Американо, — искатель приятной дамской компании будто враз сделался для прелестницы человеком-невидимкой — гостья смотрела теперь только в сторону угрюмого бармена.
Только вот приставала мириться с этим не собирался.
— Ну же, крошка, не будь такой суровой — я угощу тебя чем-нибудь вкусненьким!
— Я же сказала — пошёл прочь! — отрезала, поморщившись, медноголовая — нос её подёрнулся так, точно его хозяйка почуяла им навоз, ежели не нечто погаже (если увалень не взялся на месте изморозью, то, наверное, чудом расчудесным). И глянула теперь уже на Ника, словно лишь сейчас заметила того.
Отвесить пару оплеух наглому мужлану Беркхарду захотелось сразу же — тот подбивал клинья настолько грубо, нахально и примитивно, что неприятно стало не только даме, но и Нику и, кажется, даже бармену. Вот только закон не запрещал подкатывать к девушкам, поэтому пришлось сдержаться. Но ровно до тех пор, пока не понимающий слова «нет» мужик не решил начать распускать руки. На секунду взгляд Ника пересекся со взглядом девушки, а в следующее мгновение Беркхард уже заламывал бородатому руку. Ту самую, которую он протянул то ли к плечу, то ли к шее дамы. Чтобы мужик особо не дергался и не разнес тут полбара, Ник нажал сразу на две точки — одну на ладони, одну возле ключицы. И больно, и полчаса рукой не пошевелишь.
— Ты девушку не слышал? Сейчас я тебя отпущу, ты оплатишь выпивку и выйдешь отсюда, ясно?
— Ясно, ясно! — ломко, с надрывом выкрикнул присмиревший дебошир. Рыжеволосая сдержанно поаплодировала, почти незаметно улыбнувшись — одними губами. — Пусти-и!
— Ох, да отпустите Вы это ничтожество, — эхом небрежно отозвалось «яблоко раздора». — Даже схемы толковой, неизбитой выдумать неспособен, как понравиться женщине! Ни грамма мозгов, ни щепотки воображения!
— Ваш кофе, — коротко кашлянул за спиной мрачный бармен — клиентка взяла чашку каким-то величавым, красивым, воистину царственным жестом, тепло и благодарно смотря на неожиданного — а может, вполне ожиданного — спасителя. Но за благосклонностью и дружелюбием нет-нет, а чудилось что-то недоброе, тяжёлое. Потаённое и тёмное, как мёд, в который подмешали самую малость яда. От незнакомки исходил тонкий, лёгкий аромат каких-то духов — такого запаха вряд ли мог бы припомнить кто угодно под этой крышей — почему-то казалось, что так должны пахнуть маленькие белые цветки, распускающиеся отчего-то перед самым заходом солнца. Теперь «фея» придвинулась совсем близко — почти можно было ощутить прикосновение её тела.
— Отпущу, отпущу. Когда услышу извинения. Перед девушкой. И перед остальными. За испорченный вечер.
Для стимуляции чувства вины Ник чуть сильнее нажал на локтевой сустав. И практически сразу получил пусть и вымученные и сбивчивые, но все же извинения. И только-только хотел разжать хватку, как хлопок входной двери переключил его внимание на новых действующих лиц.
На пороге вырос мужчина лет сорока с небольшим — стоило тому упереть руки в бока, как даже буян отчего-то вмиг перестал скулить.
Новоприбывший — высокий, темноволосый — был красив — не приятен с виду, не хорош собой — на самом деле изумительно красив и, чёрт подери, если не понимал этого и не умело пользовался тем, чем его природа наградила… или же наказала. Что-то в каждом движении мужчины было самоуверенное — нет, самодовольное — пожалуй, даже не так — самовлюблённое.
За спиной у неприятного красавчика маячила сбитая с толку миловидная белокурая девушка в униформе горничной. И только тренированный глаз уловил бы, что волосы служанки немного в беспорядке, сама она не в меру разрумянилась, а грудь вздымается что-то уж больно часто.
«Спит с владельцем? Даже как-то неинтересно. Словно в каком-то женском романе».
— Что здесь такое происходит, чума вас всех возьми? — негромко, но весомо произнёс брюнет — голоса он не повышал ни на йоту, однако все, кто трещал без умолку, хохотал и позвякивал ложечками в чашках с кофе, отчего-то притихли. — Иду по коридору, слышу — вопли, драки. Ни на секунду никого нельзя оставить без присмотра! Поувольняю всех, если подобное хоть раз повторится! Ага! — владелец мотеля — а кто же ещё мог устраивать персоналу, да и посетителям, разнос? — подбоченился при виде «скульптурной группы». — Снова ты, Хагер? Эберхардт, отныне не нальёшь ему ни капли, хоть бы он платил золотыми горами, и вообще — ноги твоей, Хагер, больше не будет в моём заведении! Увижу повторно — своими руками за дверь выброшу! Понял? — здоровяк торопливо, дробно закивал. — Выпустите уже этого недоумка, пусть платит и катится на все четыре стороны! Налей мне светлого, — скомандовал хозяин уже отмершему Эберхардту. — Что за день нынче — наказание, а не день! — последние три слова мужчина вымолвил низко, гулко, и на минуту совершенное лицо разозлённого владельца мотеля словно растаяло, обнажая ТАКОЕ, от чего и взрослый мужик бычьего темперамента не счёл бы зазорным хлопнуться в обморок, как институтка, затянутая в корсет.
Густой смоляной каскад волос поседел, поредел. Череп обтянул жёлтый, изрытый морщинами пергамент старческой кожи. Вытекли чёрные глаза, провалился, как у страдающего дурной болезнью, нос, запавшие щёки сами собой исчиркали жуткие шрамы — прямо из горла подобострастно протянутой барменом бутылки прихлёбывал оживший труп.
— Ещё и эта миссис Уэсли наверху, — от рта бутыль отнял прежний цветущий Аполлон, — так некстати рожает!
Владельца мотеля скандалист — Хагер, значит? — явно испугался больше Ника. Беркхард в свою очередь только тихо хмыкнул, разжал хватку и вернулся на свое место. Почему-то он нисколько не сомневался, что несмотря на все угрозы просто так этот обормот от него не отстанет. Если мозгов в его черепе окажется мало, то устроит потасовку прямо здесь. Ну, а если будет умнее — подкараулит где-нибудь. Впрочем, Ника не пугал ни первый, ни второй вариант.
Вежливо улыбнувшись девушке, он снова взялся за свой бокал — пиво, как ни странно, оказалось вполне приличным и даже не разбавленным. На «спасённую даму» Беркхард старался особого внимания не обращать — точнее, не оказывал ей внимания больше, нежели того требовали правила приличия. Почему-то она чем-то неуловимо напоминала Нику Музу — в ней всего было несколько «слишком». Слишком зелёные глаза, слишком рыжие волосы, слишком очаровательные веснушки, слишком обаятельная улыбка. Итоговый результат был великолепен и практически идеален — и именно этим и настораживал. А Ник привык доверять своим предчувствиям. Да и поведение юной мисс как-то не вязалось с ее милой внешностью, что заставляло тревожный колокольчик звенеть чуть громче.
Владелец мотеля заинтересовал Ника ничуть не меньше рыжей — будь у Ника чуть меньше опыта — особенно опыта общения с Шоном в разных… ситуациях — он бы точно дернулся. А так Беркхарду удалось сохранить на лице абсолютно невозмутимое выражение.
— Простите. Этот тип приставал к девушке, и мне показалось правильным вмешаться, — Ник вежливо улыбнулся сначала владельцу мотеля, а потом рыжей. — Вы бы, кстати, аккуратнее были. Тут, говорят, серийный убийца бродит. На Вашем месте я бы не ходил в одиночестве.
Опять же, Ник почему-то был уверен, что девушка вполне может за себя постоять. Но надо же было как-то завязать беседу. А в идеале познакомиться с владельцем отеля, слишком уж внешне похожим на колдуна. Но обращаться к нему напрямую, не имея конкретных вопросов, было слишком подозрительно. Проще было начать с горничной. Молодые девушки, работающие на подобной работе, обычно обожали слухи. И чаще всего любили их обсуждать, а уж с кем — не так важно.
— Всё, Хагер. Ни в парадный, ни в чёрный! — подытожил колдун, отставляя лихо ополовиненную бутылку. Явно не желающий возражать бородатый мужчина, бормоча что-то себе под ноc — то ли ругательства, то ли угрозы — швырнул Эберхардту деньги и поторопился на выход — кровь Гриммов в приставале не текла, но что-то противоприродное в хозяине мотеля он чувствовал. Шкурой.
Ник проводил Хагера взглядом и едва заметно покачал головой. Неприятный тип. Но ничего вслух говорить не стал — приятель этой пьяни все еще находился в баре, хотя и старался не отсвечивать.
— Своих гостей я предупрежу. Всех, — кивнул Беркхарду «погибший ведьмак». — Пускай затемно ни шагу наружу! А Вы бы, — мужчина повёл подбородком в сторону рыжей, — не искушали судьбу и шли домой, пока солнце не село. Не хватало ещё напороться на невменяемого психопата! — снаружи как раз взвизгнули шины. — Делия, — коротко бросил себе за спину колдун.
— Слушаю, мистер Уилкис.
— Беги проверь, не врач ли это наконец приехал, и если он, веди немедля наверх, к миссис Уэсли, — полетели распоряжения в сторону белокурой прислуги. — Как разродится и всё прочее, так уберёшь там, перестелишь простыни — ну ты сама понимаешь все эти женские вопросы, не мне тебя учить.
— Да, сэр, — кивнула горничная — можно было голову смело дать на отсечение, что с глазу на глаз та зовёт «мистера Уилкиса» «дорогим» или по имени. Причём далеко не полному.
— Предупредите. Лишним не будет, — Ник благодарно улыбнулся колдуну. А потом и горничной, которая, впрочем, улыбки не заметила, излишне поспешно бросившись выполнять задание своего начальника. Который оказался на удивление разговорчив
— К слову, о невменяемых преступниках-садистах, — кашлянул Уилкис. — Вынужден тоже вынести предупреждение — у меня, как на грех, остановился и охотник за головами, который везёт с собой самого Баргеста — тому, конечно, не высвободиться, скован он надёжно, здесь, в Портленде, его предадут суду, но это случится только завтра ещё. Так что эту ночь под моей крышей перебудет такой же «подарок», как и тот, о ком речь вели Вы.
— Ужас, что за человек, — передёрнувшись, подала голос и causa belli. — Газеты я читала!
— Не человек, а нелюдь, — сплюнул Эберхардт. — Хуже той твари, от которой взял свою кличку! Любимая забава — выползти на дорогу, весь в крови, и стенать, что он якобы жертва того самого Баргеста! Какой-нибудь доверчивый лопух подойдёт помочь — и — хоп!
Ник в два глотка допил пиво и постарался изобразить на лице легкое удивление.
— А разве таких преступников не под кордоном без остановок везут? Он ведь серийный убийца. Им полагается специальный транспорт и по две смены охраны и водителей. А остановка, да еще и в мотеле… — Ник недоверчиво посмотрел на колдуна, а потом, словно спохватившись, протянул ему руку для рукопожатия. — Ник Кесслер, — использовать свою фамилию Ник не собирался. Слишком часто в последнее время она мелькала в газетах в связи с рядом громких дел, которые они с Хэнком раскрыли. А фамилию тети Мари в Портленде никто не знал. — Я журналист Portland News… Ну, точнее, буду журналистом криминальной колонки, если напишу хорошую статью по этим убийствам. Собственно, поэтому я здесь.
Журналистика была самым удобным вариантом для работы под прикрытием. Во-первых, журналисты, ведущие криминальные сводки, очень многое знали о работе полиции, и осведомленность Ника не казалась бы странной. Во-вторых, журналисты вечно совали свой нос во все щели, так что Ник мог, не вызывая подозрений, крутиться возле мест убийств.
— Альфред Уилкис, — в ответ колдун протянул и свою руку.
— А Баргест… Это что-то из британских мифов, да? — Ник читал о чем-то таком в книгах. Было такое существо, из псовых. Дальний родственник потрошителей, кажется. — Такие черные собаки с горящими глазами, — Ник тихо фыркнул. — Не знаю, кто в таких верит!
— Баргест — это такой адский пёс, страж проклятых могил, берегущий их от разграбления вандалами. А по другим легендам — воплощение неотвратимого возмездия, божественной кары. В любом случае, кто встречает этакое создание, того будут преследовать несчастья и ожидает скорая смерть. Хотя Вы правы, всё выдумки и бабьи сказки, никаких баргестов не существует, а подонок, которого изловил Джесс Пуппер — кажется, так зовут нашего храбреца — просто назвал себя подобной кличкой. Для устрашения зевак.
— Ой, — вновь содрогнулась девица. — Сэр, — медноволосая повернулась к Беркхарду. — Может, Вы проводите меня, раз уж защитили от того балбеса? Не хочу ни на местного Джека-Потрошителя налететь, ни с Баргестом сидеть в одних стенах!
Беркхардт повернулся к девушке и позволил себе чуть снисходительную улыбку. По идее в ситуациях, когда симпатичная девушка просит ее проводить, все мужчины чувствуют себя чуть ли не героями. Ник не чувствовал, но изобразить пытался. — Конечно, я Вас провожу, мисс. Правда, говорят, что этот маньяк только мужчин убивает. Но мало ли… Да и помимо убийц по улицам много всяких… шляется. Лучше не рисковать. Вы хотите сейчас идти или чуть позже? Просто Вы только пришли и еще не допили свой кофе.
На самом деле прямо сейчас Нику уходить не хотелось. Владелец отеля мог стать отличным источником информации. К тому же он был колдуном, и… Колдуны убивали не реже, чем ведьмы. Как знать, может этот мужчина и есть убийца? Или знает, кто именно убивает? Но, с другой стороны, и девушка была не так проста. Да и выискивание причины, чтобы остаться, выглядело не лучшим образом. Ник уже не мог притвориться трусом — не после этого шоу с Хагером.
— Вы не будете против, если я заплачу за ваш кофе, мисс? А Вы в обмен дадите мне короткое интервью… Скажем… Взгляд обычных людей на такие страшные события?
— Я отнюдь не против! — девушка взялась дуть на кофе, чтобы остудить напиток. Приятель Хагера только фыркнул — мол, ну да, знаем таких вроде бы недотрог, которые «одного целуют, а меня кусают». Вот уже и платить за себя милостиво соблаговолить соизволила Кесслеру, а потом и юбчонку задерёт!
— Говоря по правде, — понизила голос «развратная весталка», — ходят слухи, что тут поблизости бродит привидение! Что это не маньяк, а оно приканчивает заплутавших людей!
— Неужели? — Ник сделал вид, что одновременно и заинтересован словами девушки, и сомневается в адекватности людей, распространяющих подобные слухи. — И что, есть какие-то доказательства? Очевидцы? Или люди как обычно пытаются нагнать еще больше страха?
Ник прекрасно знал, что никаких улик найти не удалось. Ни отпечатков, ни следов обуви, ни ДНК. Кем ни был убийца, но он действительно действовал мастерски, чем до ужаса бесил все полицейское управление. Возможно, это информация просочилась в массы, ну, а там… А там и до призраков недалеко. Тем не менее Ник с призраками уже встречался и прекрасно знал, что убивают бестелесные сущности не так. И уж точно не оставляют на месте преступления следы жидкости, чей состав невозможно идентифицировать.
— В общем, я бы на вашем месте не беспокоился. Все эти привидения, Баргесты, ведьмы и прочая нечисть — чистой воды выдумка, — Ник немного снисходительно посмотрел на девушку, продолжая краем глаза следить за владельцем мотеля. Конечно, существа крайне редко выдавали хоть какую-то реакцию на подобные слова, но попытка не пытка. — А если и нет, я уверен, что с ними справлюсь. Не могу же я не защитить такую прекрасную даму.
Слова звучали, как откровенное бахвальство. Роль парня, пытающегося красоваться перед женщиной, Нику была не очень привычна, и он очень старался не перегнуть палку. Могло быть и так, что девушка вообще никакого отношения к убийствам не имела. И в этом случае все должно было закончиться сегодня же. Без всяких там «может быть» и «встретимся еще». Во-первых, обманывать никого хотелось. Во-вторых, если бы Шон узнал даже о таком легком флирте, скандал был бы грандиозный.
Меню на столе не было, поэтому сколько стоит кофе Ник понятия не имел. Но решил, что двадцатки за пиво и кофе хватит. И судя по тому, что бармен, забирая деньги, ничего не сказал, в расчетах Ник не ошибся.
— А где Вы живете? Я, если честно, местности совсем не знаю. Хотелось бы хоть примерно прикинуть, сколько времени потребуется, чтобы доставить домой. А то мне еще начальнику отзвониться надо. Я мобильник в номере забыл, не хотелось бы потом его будить среди ночи.
Мобильный телефон Ник, само собой, взял с собой. Но выключил звук и вибрацию — как показывала практика, телефон начинает звонить в самый неподходящий момент.
— Если надумаетесь куда-то уходить, — подал голос Уилкис, — постарайтесь вернуться пораньше. Мало ли действительно что случится, не хочу потом, чтоб Ваш начальник меня по судам затаскал. И ещё: если вам это будет интересно, в семь в холле намечается партия в карты. Самому, что ли, пошлёпать ими? И да: Хагера этого я знаю давно, он-то не призрак, а вполне себе из плоти и крови — и Вы ему насолили. А он ни Бога, ни чёрта не боится… разве что меня, — злорадно усмехнулся Уилкис. — А на Вас наш дроволом вполне способен напасть где-нибудь из-за угла. Мозгов у него для такого хватит, вернее — не хватит.
— Осёл, — вставил свои пять центов Эберхардт.
— Но сильный и опасный, так что будьте начеку, мистер Кесслер. Не хотелось бы, чтоб доктор Мак-Рэй ещё и Вас по кусочкам собирал, ему сейчас по горло и миссис Уэсли хватает с её родами.
— Ну что Вы, мисс. Не надо верить в то, чего не существует. А то в каждом движении занавесок от ветра будут всякие монстры мерещиться. А так от нервной системы ничего не останется.
Ник повернулся к Уилкису, вежливо улыбнулся, всем своим видом показывая, что с ним точно ничего плохого произойти не может. Насколько Ник мог судить по общению с журналистами, эти ребята действительно считали себя чуть ли не бессмертными. Ну или как минимум неприкасаемыми.
— С удовольствием присоединюсь к партии-другой. Давно карты в руки не брал, правда. Раньше бывало, а вот как ввязался в постоянные отношения, так… Сами понимаете, на развлечения времени уже и не остается. Да и не сказать, что хочется. Но грех не воспользоваться случаем, — в карты Ник действительно играть умел, хотя и не сказать, что прямо так сильно любил. В академии этим курсанты часто грешили, когда на дежурствах оставались. Таких условных дежурствах, где можно было спать с чистой совестью. — И спасибо за предупреждение. Я постараюсь быть аккуратен, чтобы не доставлять доктору лишних проблем. Ну, а на крайний случай издательство выдает всем журналистам шокер. Да и кулаками я махать умею.
Девушка под конец «монолога» Ника допила кофе и уже нетерпеливо водила пальцем по столешнице стойки. Ник поспешно слез с высокого стула, учтиво подал даме руку.
— Ну что, пойдемте, мисс.
Несмотря на то, что времени было не так уж много, на улице уже начало темнеть. Ну или так просто казалось из-за нависших грозовых туч.
— Показывайте дорогу.

0

6

3. Чудовищная красавица
-Это и впрямь недалеко, - рыжеволосая "Елена Троянская" охотно вложила свою изящную ладонь в руку "галантного мушкетёра" - приятель Хагера только презрительно плюнул, сразу же отвернувшись и вновь уделяя внимание пиву - дабы "Кесслер "или Уилкис не сочли чего и не кинулись . Эберхардт с безучастным лицом взялся протирать тряпкой стакан, едва ли не пачкая многострадальную склянку ещё пуще. Откуда-то сверху понеслись по новой крики невидимой роженицы, которую обихаживал сейчас не менее невидимый доктор Мак-Рэй.
Крики с верхнего этажа напрягали. В любой другой ситуации Ник бы точно проверил. Поднялся бы наверх, чтобы убедиться, что там действительно роды, а не жестокое убийство… Впрочем, может быть, и не поднялся бы. Он помнил, как рожала женщина-светлошкур. Звучало очень похоже.
Пальцы девушки, на секунду сильнее сжавшие локоть, отвлекли Ника от мыслей.Мимо Беркхарда и его так и не назвавшей себя спутницы, обогнув тех, проскользнул Уилкис - наверное, доводить до ума текущие дела, чтобы вечером расслабиться с постояльцами за картами.
-Простите, задумался… - произнёс "Кесслер".- Над тем, сколько сил и нервов нужно потратить ради рождения новой жизни. Не находите эту ситуацию, скажем так, философской? Кто-то убивает людей, и в это же время на свет появляется новой жизнь. Круг замыкается.
Девушка повела головой вправо - мол, им с попутчиком следует и свернуть туда. С правой стороны от мотеля и впрямь змеилась дорога - вдали виднелись какие-то коттеджи в два этажа, не выше, в одном из которых, наверное, и жила спутница Ника.
"Надо пробить по базе. Лицо примечательное, даже более чем".
А огненноволосая вдруг приостановилась возле раскидистого дерева, по коре которого бежали вроде бы чем-то выжженные крупные извилистые, совсем не каллиграфические буквы : "В.+Л.=?".
-Вам так уж нужна партия в эти старые засаленные карты? - более низко, вибрирующе произнесла дама-без-имени. - Может, хотите чего-нибудь...поинтереснее? Приятнее? - одним движением искусительница стащила с себя блузку.
Крепкие, идеальной формы груди - бюстгальтера на девице не оказалось - как магнитом, притягивали взгляд. На фоне их белизны желтовато-коричневые соски были цвета осенних дубовых листьев.
-Простите, мисс. – Ник поспешно стянул с себя куртку, накинул девушке на плечи. Непредвиденная остановка его не особо напрягала. Ну, увидела барышня дерево и по-детски наивную надпись. Может, прельстилась романтикой? А вот дальнейшее Ника ощутимо выбило из колеи. Слишком уж внезапно все произошло.
Вообще-то у него проблем с женщинами никогда не было. Он был симпатичным, обаятельным, умел разговаривать с противоположным полом, а работа детектива только добавляла ему шарма. Но чтобы перед ним раздевались вот так, в первую встречу… Это было впервые. И почему-то Ник был свято уверен в том, что дело не в его улыбке. Что-то тут было явно не так.
Впрочем, бюст у прелестницы оказался… на уровне. Весьма на уровне. А Ник был нормальным мужчиной с адекватной физиологией, поэтому реакция собственного тела его не удивила. Тем не менее! Теперь, когда ее грудь была прикрыта, дышать стало намного легче. – Вы, несомненно, очень красивы. Но у меня есть человек, которого я очень люблю, и верность для меня – не пустой звук. Разрушить наши с ним отношения ради пары часов удовольствия… Не мой профиль. Оденьтесь, Вы же замерзнете.
Ник искренне надеялся на то, что об этом Шон точно не узнает.
Губа у девушки вздёрнулась, точно у молодой волчицы. А ненависть, вспыхнувшую в её глазах, можно было по бутылкам разливать и подмешивать в еду или питьё вместо мышьяка.
-В таком случае, - презрительно выплюнула "прекрасная дама", - иди и оттрахай сам себя! - рыжеволосая сорвала с себя куртку"мистера Кесслера", отшвыривая злополучную одёжку с таким отвращением, будто обнаружила , что ту носил до неё прокажённый. - Сама дойду , не надо меня провожать! Чума тебя побери!
_________________________________________________________________________________________________________________________________
...В своём кабинете, сидя за компьютером, Альфред Уилкис устало потёр покрасневшие глаза . На мониторе высвечивались, одно под другим, имена - "Игорь Меркулов", "Эйн Мак-Рэй", "Делия Страттон" - и суммы напротив каждого. Кесслера, конечно, жалко - даже несмотря на то, что... Но, быть может, парень не знает о своей силе? В любом случае, и о Кесслере, и о Хагере можно просто забыть - и это хорошо. Колдун опустил гудящую голову на скрещённые руки, поневоле окунаясь в события давно ушедших дней....
...-И ещё немножко, ещё чуть-чуть! - натужно выговаривает мужчина средних лет - по лбу градом катится пот,  русский акцент режет ухо.
-Ну хватит, Игорь! Вы себя угробите, а когда он встанет - ему нужно увидеть знакомое лицо! - молодой человек с уже другим акцентом - шотландским - толкает того - надсадно кашляющего - в кресло. - Он будет жить, будет! Дальше уже моя работа, а шрамы - они только украшают мужчину! Вот выпейте Вы,- юноша - удивительно красивый - не смазливый, не привлекательный, а на редкость, изумительно красивый - суёт в руки старшему флакончик с какой-то жидкостью и сам заботливо склоняется над бесчувственным пареньком, лежащим на кровати - тот прекрасен не в меньшей мере....хотя бы лицом. Тело бедняги - совершенно нагого - всё в ужасных порезах и ожогах, и шотландец смазывает их какой-то вонючей зелёной субстанцией. Приподняв голову темноволосого юноши, вливает тому что-то в рот .
-Когда он встанет, я ему не завидую, - качает головой потомок горцев. - А потом - не завидую
им!
....Подняв голову, Альфред потянулся за мобильным телефоном .
-Эйн, - произнёс колдун в трубку, - довольно. Заканчивай там, наверху. Хватит с неё уже.
-Ты что, простил? - раздался в ответ искажённый голос с шотландским акцентом.
-Я? - мужчина горько и злобно расхохотался. - Не простил и не прощу. Но она сделала наибольшую глупость, когда вышла за этого идиота Уэсли. Не мучай её больше. Заканчивай!
-Как пожелаешь, - в трубке загудело. Отбой.
____________________________________________________________________________________
...- Как грубо. И куда только подевались ваши манеры? Я, кстати, ни намека не сделал на то, что хочу заняться с вами сексом.
Ник, ухмыляясь про себя, подобрал куртку, отряхнул и оделся. Почему-то такая реакция девушки доставила ему удовольствие. Впрочем, понятно почему – Ника действительно обидело то, что его посчитали человеком, готовым трахнуть любую симпатичную и доступную женщину.
Кстати, настолько легко доступных Ник… Не презирал, нет. Скорее жалел. Счастливые люди так себя не ведут – за исключением, конечно, тех, кто искренне считает полиаморию наивысшем проявлением любви. Ну и нимфоманов. Но рыжая на первый взгляд не относилась ни к одной, ни к другой категории, и это… это настораживало. Чутье подсказывало Нику, что дамочка не так проста. И это же самое чутье говорило и о том, что она знала об убийствах больше, чем говорила. Точнее, чем пыталась показать.
Само собой, Ник не собирался возвращаться в мотель. Но и следом за девушкой не кинулся – шел на расстоянии. Так, чтобы не терять ее из виду и одновременно не привлекать к себе внимания.
________________________________________________________________________
..Подобрав с травы собственную блузку, девушка натянула её, развернувшись к" мистеру Кесслеру" спиной - гневно выпрямленной , как струна. И зашагала прочь, вздёрнув нос, но далеко не успела отойти - затрещало в кустах - и перед рыжеволосой вырос разъярённый Хагер.
-Ты мне кое-что задолжала, малютка...- -начал было верзила.
-Ну и дурак же ты! - фыркнула девица. - Идиот! А мог бы жить долго и счастливо!
Нежные пальчики вдруг сомкнулись на здоровенной ручище с силой стального капкана. Рыжеволосая, принагнув великана так, будто тот был крохой-невеличкой,а девица - властной мамой, приподнялась на цыпочки - и прижала губы- яркие безо всякой помады - ко рту беспомощно, испуганно мычащего здоровяка.

0


Вы здесь » Мир Тьмы: Подменыши » Грезы » Записки сумасшедшего